Концепция
Проект исследует феномен принадлежности и иллюзорность того, что человек привык считать «своим». Мы живем в постоянных переходах: дом рушится, город меняется, природа сопротивляется. Все, что кажется устойчивым, рано или поздно теряет форму.
Экспозиция объединяет скульптуры, живопись и графику и выстроена как путь от внешнего к внутреннему. Физические объекты постепенно становятся преградами, через которые зритель не сразу видит центральную работу. Это часть замысла: пройти через слои зыбких, ненадежных пространств, прежде чем приблизиться к устойчивому пространству любви.
В центре экспозиции — работа о любви. В моем художественном замысле любовь рождает особое пространство, независимое от хрупкости материального мира. Я не определяю его буквально и не утверждаю как истину — мне важно лишь представить, что то, к чему мы испытывали любовь, не исчезает бесследно, а собирается в ином внутреннем пространстве, не подчиненном разрушению и времени.
Экспозиция
Макет
Скульптуры
Объект: «Ласточка»
Мое детство было разделено между двумя городами — Сухумом и Ткуарчалом. Именно в Ткуарчале, под крышей и в углах дома, ласточки вили свои гнезда. Они были частью этого места — его воздуха, звуков и утреннего движения.
88 см × 140 см × 37 см Пенополистирол, смешанная техника
Когда я перемещался между городами, особенно остро ощущалось, что эти ласточки — мои, но взять их с собой невозможно. Это было первое ясное понимание: есть вещи, к которым мы привязаны всем сердцем, но физический мир не позволяет их удержать.
В скульптуре ласточка сидит на фрагментах покинутого дома — разрушенных колоннах, арках и обломках архитектуры, потерявшей устойчивость. Эти элементы постепенно обрастают лианами, словно природа возвращает себе пространство, которое человек когда-то называл своим. Скульптура частично сохраняет живописную окраску, а частично остается белой — как след ускользающей памяти.
Объект: «Кот на комоде»
Одним из самых тяжелых опытов для меня стала невозможность забрать с собой своего кота. Пока я находился в другой стране, он умер. Я не смог быть рядом и даже полноценно прожить этот момент утраты, и эта дистанция сделала потерю еще более ощутимой.
64 см × 160 см × 38 см Пенополистирол, смешанная техника
Я создал скульптуру сидящего кота на комоде. Он выглядит спокойным, почти устойчивым, но сам комод сильно поврежден — в нем есть сквозные отверстия и разломы.
Комод не равен по значимости самому коту, но он становится важным как носитель хрупкости. Разрушение начинается с основания, и в этом есть ощущение неизбежности: даже то, что кажется самым близким и «нашим», остается физическим объектом, а значит — подвержено времени и утрате.
Объект: «Цветы в вазе»
Следующим объектом, который оказался оставленным при переезде, стали цветы в вазе. Это не один конкретный цветок, а обобщение многих цветов, которые мне пришлось оставить. Через этот образ я пытаюсь передать саму ситуацию расставания с ними.
17 см × 64 см × 18 см Пенополистирол, смешанная техника
В этой скульптуре ваза сломана, и из ее трещин начинают прорастать корни. Цветок все еще живой и как будто устойчивый, но эта устойчивость временная. Без ухода, без присутствия, со временем он неизбежно погибнет. Разрушенная ваза становится здесь не просто формой, а знаком того, что живое удерживается только на какое-то время.
Живопись
В дополнение к скульптурам я создаю серию живописных работ, которые продолжают тему зыбкости и утраты, но решают её иным способом. Если в скульптурах объекты ещё физически присутствуют и постепенно разрушаются, то в живописи они превращаются в пустоты.
«Здесь стоял дом». Холст, масло 50 см × 70 см
В работе «Здесь стоял дом», связанной со скульптурой ласточки и покинутого дома, пейзаж тщательно прописан: горы, деревья, свет, пространство сохраняют устойчивость и материальность. Сам дом отсутствует — на его месте белая форма, лишённая изображения.
Фрагменты
Этот контраст для меня принципиален. Мир вокруг продолжает существовать, остаётся плотным и проработанным, как будто не подверженным разрушению. То, что не было для меня особенно ценным, может быть легко подменено на что-то привычное и понятное, и мне не важно, насколько это соответствует реальности. Но объекты, которые были для меня по-настоящему важны, не могут сохраняться в памяти в прежнем виде — они превращаются в белые дыры внутри этого мира.
«Интерьер». Холст, масло 120 см × 80 см
Фрагменты
Фрагменты
Внутри этих форм едва намечены очертания белым по белому — их видишь только при близком рассмотрении. Издалека это просто пустота. Таким образом утрата ощущается острее, чем присутствие: то, что было значимым, проявляется особенно сильно именно в момент исчезновения.
Фрагменты
Связка: скульптуры и живопись
