Идеальная природная форма — аммонит. Не только важное руководящее ископаемое, которое имеет большое значение для науки, но и нечто совершенно особенное за пределами строгого научного мира.
Палеонтологический объект. Аммонит. Представлен на выставке «12 признаков живого» в павильоне № 31 «Геология» Биокластера. Предмет из фондовой коллекции Биологического музея им. К. А. Тимирязева
Завораживающие спирали аммонитов вдохновляли художников и архитекторов, входили в геральдику, становились символами безвозвратно ушедших эпох. В культуре многих народов окаменелые раковины получали мифологические имена — «змеиные камни», «рога Аммона» (по имени древнеегипетского божества с бараньими рогами, откуда и произошло само название «аммонит»). Эти спирали воспринимаются как материальное воплощение глубокого геологического времени, как связующая нить между миром, которого больше нет, и нашим настоящим.
Аммониты — вымершая группа морских головоногих моллюсков, родственников современных осьминогов, кальмаров и наутилусов. Они появились в девонском периоде около 400 миллионов лет назад и господствовали в морях и океанах мезозойской эры, пока не исчезли, чуть-чуть пережив нептичьих динозавров, около 66 миллионов лет назад. За время своего существования аммониты дали огромное разнообразие форм — от плоских дисков размером с монету до гигантских «колёс» диаметром более двух метров. В науке аммониты играют роль, которую трудно переоценить. Благодаря быстрой эволюции и широкому географическому распространению они стали идеальными руководящими ископаемыми: по ним геологи и палеонтологи датируют горные породы и сопоставляли слои в разных уголках планеты. Без аммонитов биостратиграфия юрского и мелового периодов была бы несравнимо беднее.
Среди раковин аммонитов, обнаруженных исследователями и любителями окаменелостей, есть особенная категория — так называемые аберрантные раковины. Этот термин обозначает отклонение от типичной, «нормальной» формы. Обычно под аберрантностью понимают различные нарушения роста раковины: асимметрию, резкие изломы, утолщения, искривления, изменение характера навивания, появление аномальных рёбер или шипов, недоразвитие или, наоборот, чрезмерное разрастание отдельных частей. Причин может быть несколько: механические повреждения (например, раковину повредил хищник), инфекции или паразитозы, стрессовые условия среды и, наконец, генетические нарушения — наследственные или случайные мутации в процессе роста и развития организма.
Раковина аммонита Quenstedtoceras lamberti с прижизненным повреждением. Аммонит Квенштедтоцерас Ламберта. Quenstedtoceras lamberti (Sowerby, 1819). Период: Юра, средняя эпоха, келловей. Из фондовой коллекции Биологического музея им. К. А. Тимирязева
Мы привыкли считать повреждения и их следы изъяном, однако аберрантные раковины — это не музейные курьёзы и не просто «брак природы». Это документированные следы жизни. Симметричный, безупречно сохранившийся аммонит — это, безусловно, идеальный палеонтологический образец, невероятная находка. Он красив, но в молчалив в своей красоте. Другое дело — раковина с заросшей трещиной, с бугром, появившимся на месте старой раны, с внезапно изменившимся направлением витка после какой-то катастрофы в жизни животного. В таком объекте мы видим не просто морфологию, а судьбу. За каждой аномалией спрятано некое событие: атака хищника, критическое изменение параметров морской воды, временный голод, болезнь.
Именно поэтому аберрантные раковины служат ценным материалом для палеобиологии. Они позволяют реконструировать не только морфологию, но и онтогенез — индивидуальное развитие конкретной особи. По ним можно определить, в каком возрасте животное получило травму, как долго залечивало повреждение, насколько сильно отклонение повлияло на дальнейший рост. Иногда на аберрантных раковинах удаётся наблюдать следы регенерации — уникальные для палеонтологии свидетельства того, что древние организмы умели восстанавливать повреждения, подобно своим современным сородичам.
Легко забыть, глядя на окаменелые раковины, что это не просто интересный «камешек с завитком». Когда-то это были живые существа, которые росли, страдали, адаптировались, боролись за существование и, в конце концов, умирали. Абберантные раковины — фактический след их истории, запечатление момента, который оставил на них живое свидетельство произошедшего и сохранился в истории.
Идеальная спираль — это математика. А излом, заросший новым слоем арагонита, — это жизнь.
