Галерея женских образов, пополнявшаяся Врубелем на протяжении всей жизни, отличалась особым разнообразием, где реализм портретов «Старушка Кнорре за вязанием» (1883, ГТГ) и «Портрет М. И. Арцыбушевой» (1897, ГТГ) соседствовал с символизмом полотен «Гадалка» (1895, ГТГ) и «Девочка на фоне персидского ковра» (1886, КГМРИ).
Особое место здесь отводилось портретам Н. И. Забелы-Врубель, напоминавшим окна в другое измерение, куда жена и муза Врубеля устремлялась в своих фантастических одеяниях, разрывая границы портретных характеристик и сценического образа.
«Портрет артистки Н. И. Забелы-Врубель, жены художника, в летнем туалете „Ампир“, исполненном по замыслу художника» (1898), «Царевна-Лебедь» (1900), М. А. Врубель
«Портрет М. И. Арцыбушевой» (1897), «Девочка на фоне персидского ковра» (1886), М. Врубель
Рокайльные маркизы К. Сомова, романтические барышни В. Э. Борисова-Мусатова, «испанизированные» махи А.Я Головина, «русифицированные» царевны В. М. Васнецова утверждали сам факт существования театрализации и историзованной костюмированности в пространстве произведения эпохи символизма, и в этом смысле творческие поиски Врубеля не являлись исключением, их уникальность заключалась в авангардизме мышления, воспринимавшего женский образ как эстетическую категорию повседневности задолго до других мастеров Серебряного века, в побудительных интенциях и в сложной природе творческого метода конструирования дамского туалета.
«Водоем» (1902), В. Борисов — Мусатов, «Три царевны подземного царства» (1879), В. М. Васнецов
В. А. Теляковский вспоминал, что Врубель вообще «очень любит моду и старается её приурочивать к историческим костюмам прежних эпох».
