«Логика мифа, его герои и их деяния актуальны и по сей день.» — Дж. Кэмпбэлл
Богиня Шар. Baldur’s Gate 3. Larian Studios, 2023 г.
Концепция
Baldur's Gate 3, будучи игрой, основанной на системе Dungeons & Dragons (далее - DnD) и мире Forgotten Realms ("Забытые королевства"), неизбежно тесно переплетается с мифологическими мотивами и персонажами из-за особенностей фэнтезийного сеттинга и общего для любого мультимедийного сторителлинга сходства с мифо-фольклорной структурой и коммуникацией. Миф, мифологемы (образ-структурная единица мифа и/или элемент нарратива мифа, который продолжает развиваться и функционировать) и архетипы (универсальные образцы-паттерны) в играх нередко являются костяком нарратива и сеттинга: это крепкая и надёжная база, проверенная временем и сотнями хороших книг, фильмов и видеоигр, вокруг нее строится и сюжет, и персонажи, и окружающее их пространство.
Наличие в Baldur’s Gate 3 элементов мифологии довольно очевидно, но, тем не менее, исследований, которые были бы посвящены им и их анализу в данной конкретной видеоигре, до сих пор не проводилось.
Так как действие игры происходит в классическом и вполне определенном DnD сеттинге, рассматривать встречающихся в ней божеств, чудовищ и мифических существ следует именно в контексте первоисточника. Лор Forgotten Realms обширен и глубок, но данная работа не ставит перед собой цель в виде анализа всех его фэнтезийных (и, соответственно, связанных с мифологией) элементов, лишь наиболее важных для понимания роли мифа в Baldur's Gate 3: например, анализировать все десятки божеств нескольких пантеонов, большая часть которых даже не упоминается в игре, банально не имеет смысла и не коррелирует с поставленной мной целью раскрытия особенностей связанного с мифами нарратива Baldur's Gate 3.
Вместе с тем лор Baldur's Gate 3 не копирует образы из своего настольной ролевой игры-первоисточника слепо: многое в игре переосмысляется, открывается игроку, знакомому с DnD, с альтернативной стороны. Пятая редакция DnD, Бестиарий, классический мир Фаэруна и Forgotten Realms в целом - основа, к которой разработчики относятся бережно, с уважением и заметной любовью, но не нерушимый святой канон. Яркий пример - образ вампира (или вампирского отродья, если точнее): многие условности игромеханики "канонных" DnD-вампиров в Baldur's Gate 3 опускаются.
В данном исследовании я собираюсь проанализировать два основных связанных с мифологией аспекта игры: боги и божественный пантеон, которые имеют значительную роль в сюжете; мифологические существа и чудовища, особенности их образов и сопоставление их с устоявшимися в культуре мифологическими персонажами.
Важной для меня задачей является попытка найти параллели, сходства и различия образов не с их DnD-основой (они довольно очевидны без дополнительного исследования), но с реальными мифологическими сюжетами, персонажами, включая анализ через призму теории мономифа. Все это позволит оценить оригинальность и глубину использования мифологических мотивов разработчиками Baldur's Gate 3.
Боги
Религия и боги являются неотъемлемой частью мира Забытых королевств.
Статуи некоторых богов: Мистра, Селунэ, Тир. Baldur’s Gate 3. Larian Studios, 2023 г.
В сюжете Baldur's Gate 3 они играют не менее значительную роль.
В DnD есть несколько десятков богов, по множеству в пантеонах каждой из рас. В данном случае рассматриваться будут только непосредственно связанные с исследуемой видеоигрой.
Статуя Шар. Baldur’s Gate 3. Larian Studios, 2023 г.
Песня Ночи, аасимар, дочь богини Селунэ. Baldur’s Gate 3. Larian Studios, 2023 г.
Селунэ и Шар - две стороны одной монеты, две древнейшие богини Фаэруна, появившиеся по воле самого Ао, верховного и абсолютного божества, и вечно противостоящие друг другу. Селунэ - богиня света, луны и звёзд, Шар - богиня тьмы, раздоров и тайн.
В их образе сплетается классический древний сюжет о вечном противостоянии света и тьмы, о полярностях. Они также тесно связаны с эсхатологическим мифом.
Миркул. Baldur’s Gate 3. Larian Studios, 2023 г.
«Трое Мёртвых — Баал, Бэйн и Меркул — когда-то были смертными, но обрели божественность, заключив странную сделку с джоргалом, изначальным богом смерти, убийств и раздора.» — цитата с загрузочного экрана
Кетерик, Орин и Горташ — Избранные Мертвой Тройки. Baldur’s Gate 3. Larian Studios, 2023 г
В древнейшие времена был лишь один бог войны, смерти и загробного мира — Джергал, Бог но, пресытившийся своим состоянием, он передал свои обязанности трем могущественным смертным.
Тройка Избранных этих богов являются главными антагонистами в сюжете Baldur's Gate.
Любопытно, что Джергала игрок встречает еще в первом Акте игры. Об этом не говорится прямо, но первоначальным богом смерти является Иссохший - таинственный мертвец, предлагающий игроку свои услуги. Мумия была найдена именно в храме Джергала; в одном из найденных в храме журналов бог смерти задает вопрос: «Что стоит жизнь единая у смертных?», и при первой встрече с героем Иссохший спрашивает то же самое; при воскрешении спутника Иссохший произносит: «Вычёркиваю из своего списка» - а именно Джергал вел списки мертвых и только он может так распоряжаться душами; он называет себя Писцом (что является прозвищем Джергала). [1]
Иссохший. Baldur’s Gate 3. Larian Studios, 2023 г
Мистра - богиня магии и волшебства, хозяйка Плетения.
Ее образ сложнее сопоставлять со знакомыми нам мифическими сюжетами, потому что магия в мире Забытых королевств - не часть мифологического мышления, но нечто реальное и напрямую влияющее на мир.
Существа и чудовища
Образ карги
Тётушка Этель, иллюзорный и истинный облик. Baldur’s Gate 3. Larian Studios, 2023 г.
«Я женщина простая, лапуля. Чай и зелья — что еще нужно старухе на склоне лет?» — тётушка Этель
Карга (а тётушка Этель, изначально казавшаяся игроку лишь милой старушкой, оказывается именно каргой) - древнее злобное существо родом из страны Фей. Подобные ей способны заключать сделки, но не таким способом, как дьявол: души ее не интересуют. Обычно карга выжидает, когда смертный сам обратится к ней за помощью. За выполнение своей части сделки (результат которой часто оказывается для обратившегося за помощью неожиданным и даже пагубным) ведьма нередко в качестве компенсации желает всячески унижать смертного в до конца его жизни.
Баба-Яга. В. Васнецов, 1917 г.
